Весной 2025 года 22-летняя Сидни Бреннан только что окончила колледж и строила планы на будущее, совмещая учебу с работой в городском совете Меномони. В этом тихом городке с населением около 17 тысяч человек новости обычно распространяются быстро, но не в этот раз. Всего через несколько недель после вступления в должность Бреннан пригласили на закрытую встречу с консультантами, которые презентовали масштабный проект.
Секретный инвестор из Делавэра
Инвесторы собирались построить огромный дата-центр искусственного интеллекта на участке в 320 акров. По оценкам, объект потреблял бы до 75 тысяч галлонов воды в сутки, что делало его крупнейшей стройкой за всю полуторавековую историю Меномони. Однако главного заказчика консультанты называть отказались. Выяснилось, что за проектом стоит некая Balloonist LLC — фирма-пустышка, зарегистрированная в штате Делавэр. Настоящего бенефициара знали лишь двое местных чиновников, подписавших строгие соглашения о неразглашении.
Подобная секретность стала привычным инструментом крупных технологических корпораций. Они ищут дешевую землю и электричество по всей стране, проталкивая многомиллиардные мегапроекты через подставные фирмы. Только в Висконсине подобные бумаги подписывали еще в четырех городах. Позже выяснилось, что за аналогичным проектом в Бивер-Даме стояла Meta, материнская компания Facebook.
На встрече Бреннан засыпала представителей вопросами о колоссальном расходе воды, шумовом загрязнении и нагрузке на местную электросеть. Консультанты уверяли, что компания профинансирует все необходимые улучшения городской инфраструктуры, создаст буферные зоны от шума, а к 2030 году вообще станет водоположительной, то есть будет возвращать в природу больше воды, чем забирает. Местным властям пообещали до тысячи временных рабочих мест на стройке и от 50 до 75 постоянных вакансий с высокой зарплатой.
«Вам рассказывают ровно то, что вы хотите услышать», — вспоминает Бреннан, покинувшая свой пост в январе.
За спиной у горожан
Как оказалось, городской управляющий Эрик Аткинсон и директор общественных работ Дэвид Скофилд заключили предварительное соглашение с Balloonist еще в марте 2025 года. Более того, первые контакты начались еще в феврале 2024 года, когда те самые чиновники подписали бумаги о неразглашении. В документах даже не упоминался дата-центр — участников лишь обязывали молчать о самом существовании проекта. Вскоре Скофилд протащил через городской совет поправку к правилам зонирования, которая легализовала хранение и передачу цифровых данных, создав почву для будущей стройки. Почти полтора года чиновники и загадочные инвесторы разрабатывали планы в строгом секрете, пока в июле 2025 года городская администрация наконец не выпустила официальный пресс-релиз.
Рядовые члены совета узнавали детали с большим трудом. Некоторые депутаты признавались, что у них не было никакого понимания масштамов технологии. Один из народных избранников, Чад Шлаух, даже советовался с ChatGPT, пытаясь выяснить плюсы и дата-центров для маленьких городов. Члены совета работали на полставки и не имели ресурсов для анализа сложных инфраструктурных договоров.
Народный протест
Ситуация вскрылась, когда Тим Аколла нашел в своем почтовом ящике официальное уведомление о предстоящем заседании горсовета. Его дом, построенный в 1899 году как школа и позже переоборудованный под церковь, стоит прямо напротив планируемой стройки. На августовское заседание пришло столько людей, что зал не смог вместить всех желающих. Общественное обсуждение длилось два с половиной часа. Жители эмоционально требовали остановить проект, указывая на невыносимый шум и риск остаться без чистой питьевой воды в колодцах. Сам Аколла заявил, что из-за близости объекта ему придется бросить свой дом.
Несмотря на бурный протест горожан, на том заседании Бреннан и большинство ее коллег все же проголосовали за присоединение нужных земельных участков к городу и изменение их зонирования. Однако сопротивление местных жителей только нарастало, превращаясь в серьезную преграду на пути технологической экспансии.